Кир Булычев. Поселок -
12 >
опыты с горохом. Ну, правда, не с горохом, а со здешней чечевицей. Все сходилось, только с коррективами. Иные наборы хромосом, разумеется иные. У Марьяны треугольное лицо, скулы и лоб широкие, а подбородок острый, так что глазам на лице места много, и они заняли все свободное место. И очень длинная шея, сбоку розовый шрам, с детства. К нему Марьяна привыкла, а из-за перекати-поля переживает. Не все ли равно, есть у человека точки на лице или нет? У всех есть. А вместо бус у Марьяны, как у всех в поселке, веревка с деревянной бутылочкой противоядия. - Представь себе, что поход кончится трагически, - сказал Сергеев. - Не хотел бы, раз я в нем участвую, - сказал Томас. Вайткус опять засмеялся, забулькало где-то в середине бороды: - Парни, Дик с Олегом, - надежда нашего поселка, его будущее. Ты один из четырех последних мужчин. - Приплюсуйте меня, - сказала басом Луиза и начала громко дуть в чашку, чтобы остудить кипяток. - Меня ты не убедишь, - сказал Томас. - Но если очень боишься, давай оставим Марьяну здесь. - Я боюсь за дочь, да. Но сейчас разговор идет о более принципиальных вещах. - Я пойду грибы намочу, - сказала Марьяна и легко поднялась. - Кожа да кости, - сказала тетя Луиза, глядя на нее. Проходя мимо отца, Марьяна дотронулась кончиками пальцев до его плеча. Тот поднял трехпалую ладонь, чтобы накрыть ею кисть Марьяны, но она уже убрала руку и быстро прошла к двери. Дверь открылась, впустив мерный шум дождя, и громко хлопнула. Олег чуть было не сорвался вслед за Марьяной, но удержался: неудобно как-то. Из второй комнаты вышел, нетвердо ступая, один из сыновей Вайткуса. Сколько ему? Первый родился той весной, а другой недавно, когда выпал снег. Значит, этому полтора года. А всего у Вайткусов шестеро детей. Мировой рекорд. - Сахару, - сказал сердито ребенок. - Я тебе покажу - сахару! - возмутилась Эгли. - А зубы у кого болят? У меня? А босой кто ходит? Я? Она подхватила мальчишку и унесла его из комнаты.