Кир Булычев. Конец Атлантиды -
15 >
следу.
- Наверное, это морской змей, - сказал Пашка. - Кто еще мог оставить
такой след?
Они проплыли по следу метров триста. И тут он внезапно оборвался.
- Еще одна загадка, - вздохнул Пашка.
- Похоже, - сказала Алиса, - что змей опустился на дно, прополз по
нему, а потом снова поплыл.
- Допускаю, - согласился Пашка. Он не очень любил, когда кто-нибудь
разгадывал загадку скорее него.
Алисе и Пашке казалось, что они уже весь день плывут в этой
непроницаемой тьме, над ровным и скучным дном, где ничего интересного и быть
не может. Металлоискатели батиската упрямо молчали, локаторы не показывали
никаких крупных предметов. Тихо, монотонно, скучно. И с каждой минутой
настроение портилось и все больше хотелось наверх, к солнцу, к зайчикам,
играющим на волнах, к свежему ветру.
- Ничего здесь нет, - вдруг сказал Пашка.
- Предлагаешь подняться?
- Даже не знаю.
- Давай заглянем в расщелину, - предложила Алиса.
Она показала на почти прямую линию, что темнела на дисплее.
- Как хочешь, - ответил Пашка скучным голосом.
Он помолчал немного, потом добавил:
- Может, в самом деле гидрологи пошутили.
Трещина появилась под батискатом совсем неожиданно.
На карте она казалась узкой, но в действительности была шириной больше
пятидесяти метров, и луч прожектора с трудом достигал ее дальнего края.
Стены расщелины почти вертикально уходили вниз. Приборы сообщили, что
до дна двести метров.
Батискат завис над серединой расщелины и медленно начал опускаться.
- Смотри, температура воды здесь выше, - сказала Алиса.
- Всего на градус.
Лучи прожекторов отражались от базальтовых стен. Пронеслась, будто
испуганная чем-то, стая крупных рыб, светя огоньками на концах усов.
Понемногу расщелина сужалась. Минут через двадцать батискат достиг дна.
Здесь между стенами было не больше двадцати метров. Дно покрывал густой слой
ила.
- Смотри, - сказал Пашка, - какая странная стена.