Кир Булычев. Конец Атлантиды -
48 >
- Не бойся, - сказала наследница, - они не кусаются.
- Кто это?
- Летучие собаки.
- Они тут живут?
- А где же им жить? Ты их не бойся. Ты камеусов бойся.
Наследница, пригнувшись, нырнула под низкую арку.
И тут они оказались в ее детской.
Когда-то там была театральная уборная. Вдоль стены шли узкие высокие
зеркала в золоченых пышных рамах, перед каждым был столик и небольшое
вертящееся кресло. Кроме того, в комнате стояло несколько пышных, правда,
потертых и продавленных, диванов, валялось множество ковров и звериных шкур.
Но больше всего там было кукол. Фарфоровые и тряпичные, целлулоидные и
деревянные, в длинных платьях и коротких распашонках, с белыми, желтыми,
золотыми, черными, рыжими, зелеными волосами, а то и вовсе без волос, с
голубыми, серыми, черными закрывающимися глазами и даже с пуговицами,
пришитыми к розовому лицу. Одни куклы были как новенькие, а другие истрепаны
настолько, что трудно угадать, какими они были раньше. Несколько самых
больших кукол сидели в креслицах перед зеркалами, остальные занимали диваны,
лежали на полу и под стульями. Самая маленькая куколка сидела на подушке
широкой неприбранной кровати.
- Тебе нравится? - спросила наследница, зажигая светильники перед
зеркалами. - Сейчас мы будем с тобой играть.
Афродита суетилась, ей очень хотелось, чтобы гостье у нее понравилось.
- Ты у кого-нибудь видела столько кукол? - спросила она.
- Нет, не видела.
- Правильно. Потому что я наследница престола великого царства. Сегодня
я люблю вот эту... - Афродита схватила с дивана деревянную, грубо сделанную
большую куклу в синем коротком платье. Глаза куклы были нарисованы синей
краской, а розовая краска со щек почти вся облупилась. - Нравится?
- Нравится, - согласилась Алиса.
Надо признаться, что сцена была страшноватой. Пожилая, толстая,
лохматая женщина прыгала по комнате, хватала кукол, совала их под нос Алисе
и требовала, чтобы гостья восхищалась.