Кир Булычев. Будущее начинается сегодня -
2 >
концепцию очищения национальной идеи. Барбудов прошел Афган и Чечен, всюду налаживал. Хватит нам расхлябанности. Понастроили коттеджей из гранита на вольных просторах, а мы задыхаемся в коммуналках. Он и еще что-то говорил, но Сергей Сергеевич слушал плохо. Ким Корай жил в собственном, изобретенном им с помощью еженедельника нацпатриотов "Налево!", приятном и тревожном мире. Там он сводил счеты с врагами, изгонял чужаков, наводил порядок и твердое распределение. Мишенька был аполитичным молодым человеком, он хотел торговать кассетами, но оказался слишком ленив, и кассетами торговали другие, которых Ким Корай не любил. Ким Корай сказал, что пошел с ними потому, что от каждого голоса может зависеть будущее. Сергей Сергеевич не верил в это и, как человек пожилой, был убежден, что будущее идет своим ходом и не зависит от отдельных голосов. Пенсионерка Самохвалова долго не отзывалась. У Сергея Сергеевича кружилась голова, ноги стали ватными. Наконец она открыла дверь. Самохвалова была разочарована приходом людей с урной, потому что, призналась, уже начала писать жалобу на игнорирование прав пенсионеров. В нарушение всех правил Ким Корай принялся говорить ей о том, что пора гнать цветных и наводить порядок. Старуха сказала: "Я думала, что евреи уже уехали". "Не только в евреях наши проблемы, - ответил Корай, - хотя и в сионистах, конечно". Бабуся велела всем выйти в коридор. Сергей Сергеевич боялся, что потеряет сознание и не дождется, когда пенсионерка наконец заполнит бюллетень. Потом они вышли на улицу, и Сергей Сергеевич сказал Мишеньке: - Урну никому не отдавать! - Не нужна мне ваша урна, - обиделся Корай. Он стоял перед портретом Барбудова. Барбудов был в черном мундире без знаков различия, он протягивал руку вперед, за его спиной колосилась нива, а над головой было начертано: "Путь к изобилию!" Сергей Сергеевич пошел домой. На площади репродуктор выплескивал песни