Кир Булычев. Сто лет тому вперед -
21 >
вокруг других стояла стенка теплого воздуха. Воздух поднимался из решеток,
спрятанных в молодой траве. Рядом с дорожкой стояло странное дерево - будто
лопух или, вернее, щавель, увеличенный в тысячу раз. Между листьями висела
гроздь зеленых бананов. А на земле рядом с деревом сидела мартышка и чистила
сорванный банан.
При виде такого тропического зрелища, Коля вспомнил, что он голодный.
Кроме стакана кефира и бутерброда с чаем, он ничего с самого утра не ел.
Кроме того, он любил бананы. И он подумал: если обезьяне можно питаться
плодами на Гоголевском бульваре, то человеку это тем более не запрещено.
На всякий случай Коля осмотрелся, но никого не увидел. Он подошел к
банановому дереву и сказал мартышке:
- Отойди, а то укусишь.
Мартышка оскалилась, но отошла и снова принялась чистить банан.
Коля встал на цыпочки и начал отрывать банан от грозди. Банан отрывался
с трудом, все дерево раскачивалось. Еле-еле Коля отодрал один плод от грозди
и только хотел сесть рядом с мартышкой и очистить его, как из кустов вышел
здоровый парень постарше Коли, в красных трусах, на которых были нашиты
кометы, и сказал:
- Дурак! Что ты делаешь?
Если бы это был взрослый, то Коля, наверно, извинился, но перед парнем
Коля извиняться не хотел.
- А что? - сказал он. - Обезьянам можно, а мне нельзя?
- Он же незрелый. И вообще кормовой, для скота выведен. Ты что, бананы
любишь?
- А тебе какое дело?
- А мне никакого.
- Так и иди своей дорогой.
- Не пойду. Я селекцию провожу, а ты себя ведешь, как грудной ребенок.
- А обезьяна? - спросил Коля. - Ты посмотри, сколько возле нее кожуры
валяется.
- Сравнил себя с обезьяной! - сказал презрительно селекционер. - Для
нее же это основная пища.
Мартышка заметила, что на нее смотрят, и на всякий случай сиганула с
бананом в лапе на ветку липы.
- Пойдем, - сказал селекционер.
- Не пойду, - сказал Коля.
- Боишься, что ли?
- Я? Боюсь? Да я таких, как ты, десяток одной левой перекидаю!