Кир Булычев. Сто лет тому вперед -
76 >
- Не в зоопарк, а в Космозо. У нас же космические животные, некоторые
из них совершенно уникальные, и не всегда люди могут толком понять, как их
кормить, какую они любят температуру и вообще какие у них бывают
потребности. Вот и выдали один из двадцати миелофонов, которые есть на
Земле, для нас. Но мы его бережем пуще зеницы ока.
- Конечно, бережете! - сказал Коля. - Я сам видел, как Алиса его
таскала в террариум. Чуть не потеряла.
Не надо думать, что Коля по натуре доносчик. Просто он был зол на
Алису, которая рисковала таким ценным прибором. Всего двадцать на всю Землю
и в больницах наперечет, а она бегает по Космозо и слушает мысли какой-то
трубы!
- Если таскала, - сказал Электрон, - значит, ей профессор Селезнев
разрешил.
- Еще бы, - сказал Коля, - родной папаша!
- Смотрю я на тебя и время от времени удивляюсь, - сказал Электрон. -
Казалось бы, ничего, кроме одежды, странного в тебе нет. Парень как парень.
А иногда такое ляпнешь, словно ты какой-то выходец из средневековья.
- А я чего сказал?
- Ты сказал, что профессор Селезнев мог рисковать ценным прибором для
того, чтобы доставить удовольствие своей глупой дочке. По крайней мере так
твои слова прозвучали. Во-первых, Алиса достаточно ответственный человек, и
если ей нужен миелофон, то для дела...
- Мысли какого-то пустотела подслушивать, - сказал Коля. Он не хотел
сдаваться.
- Правильно. Я тоже подозреваю, что пустотел мыслящий. Тем более, что
он сейчас зацвел и у него могут возникнуть новые эмоции. Я был бы рад, если
бы у тебя голова работала хотя бы в пять раз слабее, чем у Алисы.
- Спасибо, - сказал Коля, - за комплимент.
Само собой разумеется, что после этого он к Алисе стал относиться хуже,
чем прежде. Даже возникло мстительное чувство: пускай эти гаврики утянут у
нее миелофон. Вот тогда она попрыгает со всеми своими способностями.
- Добро, - сказал Электрон Степанович. - Мне пора. Рад был