Кир Булычев. Сто лет тому вперед -
94 >
- Знаю, - сказала Юлька. - Не ты одна так думаешь. А твоя мама старая?
- Нет, - сказала Алиса. - Не представляю, как ее обмануть, ну просто не
представляю. Я вообще-то врать не люблю...
- А кто любит? - удивилась Юлька. - Но иногда приходится. Чтобы не
огорчать. Ведь родители жутко за нас огорчаются.
Уже стемнело, заглядывал Алик Борисович, попрощался, но про кино не
сказал. Потом заглянула Шурочка, тоже попрощалась и сказала:
- Ну это просто удивительно. Я так рада, девочки, так рада! Только
никому ни слова.
- Клянемся! - сказали Алиса и Юлька.
Когда, Шурочка убежала, они расхохотались и долго не могли
остановиться.
- У взрослых бывают тайны, о которых даже думать смешно, - сказала,
смеясь, Юлька.
- У так называемых взрослых, - поправила ее Алиса. - Она всего лет на
шесть-семь старше нас. Пустяки.
- Пустяки, - согласилась Юлька.
- Расскажи мне про свой класс, - сказала Алиса.
- А что рассказать?
- Как вы учитесь, часто ли ходите в школу, какие специальности у вас -
все расскажи.
- Я даже не знаю, с чего начать. Ведь ты и так все знаешь.
- Я все забыла. Считай, что я ничего не знаю. Ровным счетом.
- Я не знаю, когда тебе верить, а когда нет.
- Честное слово, я почти ничего не знаю о твоей школе. Не знаю, как у
вас учатся, как в школу ходят...
- А сколько у нас классов, помнишь!
- Кажется, десять. Правильно?
- Видишь, вспомнила. А с каких лет в школу идут?
- С пяти?
- Ой, Алиса, с семи! Ты или великая притворщица, или на самом деле у
тебя каша в голове. Постой, а может, ты не только не из Москвы, а даже не из
Советского Союза?
- Как ты себе это представляешь? - спросила Алиса строго.
- Ну, может быть, ты туристка, приехала из-за границы вместе с
родителями и потерялась.
- А разве я плохо по-русски говорю?
- Нет, хорошо.
- Совсем хорошо?
- Совсем.
- Спасибо. Значит, в школу идут только с семи лет? А что же до этого