Кир Булычев. Показания Оли Н. -
6 >
них. Пока человек был частью природы и подчинялся ее законам, антагонизма не было. Но стоило ему выделиться из нее, как он себя ей противопоставил. И началась война. - Вы нас так не учили, - сказал Холмик, и мне показалось, что он улыбнулся. - До некоторых вещей лучше доходить собственным умом. - И вы видите в этом систему? - спросил Холмик. - Скорее логику. Действие - противодействие. Когда-то давно люди перебили мамонтов. Жрать стало нечего. Но они выпутались - научились пахать землю. Заодно свели леса. Снова кризис. И снова люди выпутались. Последнее столетие мы называем техническим прогрессом. А для меня это - эскалация противостояния. Ты этого не помнишь, а мы учили всеобъемлющую формулу: "Нам нельзя ждать милостей от природы. Взять их - вот наша задача". Не знаю, насколько искренен был Мичурин, когда пустил по свету этот страшный афоризм. Это лозунг грабителя. - Я помню другой лозунг: "Если враг не сдается, его уничтожают", - сказал Холмик. - В применении к природе он неплохо действовал. Из темноты надвинулся ослепительный глаз товарного поезда, и мимо пошли стучать темные громады вагонов. Грохот поезда заглушил слова Сесе и Холмика. Я видела, как они сдвинули головы и кричат друг другу. - Любая система должна иметь средства защиты, - услышала я голос Сесе, когда поезд наконец утих. - Мы двинулись в наступление, будто нашей целью было убить Землю. И наше наступление начало наталкиваться на проблемы, которые были рождены этим наступлением. И мне даже видится некоторая корреляция. Мы губим леса и реки, уничтожаем воздух, повышаем уровень радиации. Результат - вспышки новых болезней. Рак, СПИД, орор... - Вы неправы, Сергей Сергеевич, - сказал Холмик. - Это не ответ природы, а наше действие. Мы воздух портим и сами им дышим. - Ты упрощаешь. Было очень тихо, и их слова были слышны всем. Все слушали, о чем они говорят. - Возьмите орор, - сказал Холмик. - Сначала его вирус бил