Кир Булычев. Смерть этажом ниже -
32 >
на трибуне, и голос его долетает издалека. Все тише и тише...
Только бы никто из них не догадался, что он засыпает. К
счастью, все слушали Бруни и не глядели на Шубина.
- Это может случиться сегодня, завтра, через неделю. Но
случиться обязательно, - закончил лекцию Бруни.
- Но если вы считаете, что положение такое опасное, - сказал
Шубин, просыпаясь, - почему вы не послали телеграмму, письмо...
- Есть указание: не выпускать порочащую информацию из
города, - сказал Борис.
- Передайте письмо с проводником поезда.
- Письмо без убежденного человека - полдела.
- Так поезжайте в Москву.
- Нас никто слушать не будет.
- А кого будут?
- Вас, Юрий Сергеевич! - воскликнула Наташа.
- Но почему же?
- Вы известный журналист! У вас друзья в газетах, на
телевидении! Вы обязаны нам помочь!
Шубину не хотелось спорить - в полутьме эти люди казались
группой не совсем нормальных заговорщиков, которые обсуждают с
приезжим эмиссаром взрыв городской думы. Чепуха какая-то...
- У вас получается, что городом правят изуверы, - сказал
Шубин.
- Ни в коем случае, - сказала Наташа. - Они поставлены в
такое положение обстоятельствами.
- Гронскому нужен план, - сказал парень в ватнике.
- Его в Москву зовут, главк дают в Москве. Ему надо уехать
победителем, - добавил Борис.
Шубин кивнул. Возможно.
- У Силантьева шестидесятилетие, - сказала Наташа. - Он
хочет получить орден.
- У других тоже всякие соображения, - сказал парень в
ватнике. - Николаев с биокомбината, которого Боря на вашей лекции
обидел, хочет спокойной жизни.
Правдоподобно, конечно, все это бывает - и ордена, и перевод
в Москву. Но мои друзья склонны к преувеличениям, думал Шубин. у
нас в стране нет пока общественных движений или даже клубов по
интересам. Все немедленно приобретает элемент религиозной секты.
Секта сыроедов, секта водопитов, секта любителей собирать малину.
Вокруг меня очередная маленькая секта - они объединены