Кир Булычев. Смерть этажом ниже -
56 >
головой о нижнюю ступеньку и замер.
Шубин схватил за руку Элю, которая кинулась было к дежурному.
- Сказали же, стой! - крикнул он. И крик его был слишком
громким для этого зала.
Они стояли втроем на лестнице, и вокруг была страшная
тишина, потому что ни из ресторана, ни с улицы не доносилось ни
звука. После минутной оторопи вниз двинулся милиционер. Он сделал
шаг.
- Да нельзя же! - крикнул Шубин, и голос его странно
раскатился по холлу, будто тот был гулким храмом.
Желтое легкое марево чуть клубилось, мерцало, словно воздух
в жаркий летний день над перегретой дорогой. Шубин физически
почувствовал его жадное движение, он понял что это марево, -
поглотившее тех людей, которые, казались спали, но по нелепым,
неестественным позам было ясно, что они мертвы, - стремится к
лестнице, чтобы дотянуться до живых людей, заставить его, и Элю,
и милиционера упасть и утонуть в нем, как утонул дежурный с
красной повязкой на рукаве.
- Там люди, - сказал милиционер. Над верхней губой его
проступили капельки пота.
- Ты им не поможешь, - сказал Шубин. - А сам умрешь.
- Умрешь? - тихо спросила Эля. - Как же так?
- Не знаю. Но туда нельзя. Пошли наверх.
Шубин почувствовал дурноту и жжение в горле. Может, это было
самовнушение, может, и в самом деле марево испарялось, удушая все
вокруг.
Он потянул Элю за руку, а она вдруг жалобно сказала:
- Но у меня пальто в гардеробе.
Шубин начал подталкивать вверх милиционера и Элю, и они
нехотя подчинились.
- Они сознание потеряли, - говорил милиционер. - Надо
"скорую" вызвать.
Вытолкнув их за площадку на ступеньки, откуда не был виден
холл, Шубин остановился и стал шарить по карманам - где сигареты?
Все было нереально, нет, не сон, а нереальность, в которой он
бодрствует. Один раз в жизни с Шубиным такое было: у самолета -
старого, трижды списанного "вайкаунта", принадлежавшего небольшой
частной компании, что делала дважды в неделю рейсы из Боготы в