Кир Булычев. Смерть этажом ниже -
57 >
провинцию, загорелся в воздухе мотор. Шубин сидел в салоне,
вокруг кричали, кто-то пытался встать - густой шлейф дыма несся
за иллюминатором, самолет кренился, кружил, искал места сесть, а
внизу были покрытые курчавым лесом горы. Шубин понимал, что все
это не сон, а собственная смерть, но продолжал сидеть спокойно и
старался, как бы помогая пилоту, сквозь разрывы в дымном шлейфе
углядеть прогалину в лесу или плоскую долину для посадки. Самолет
все же сел на кочковатом поле, всем набило синяков, потом пилоты
выводили пассажиров, выталкивали их из самолета. Люди, не
соображая, хватали свои вещи, чемоданы, сумки, а пилоты кричали и
гнали их, чтобы они отошли от самолета... И уже издали Шубин
увидел, как самолет взорвался, и с каким-то странным
удовлетворением понял, что он-то успел взять свой чемодан.
Сверху по лестнице спускался, покачиваясь, парень в дубленке.
- Затормозились? - спросил он. - Хочешь, я тебя освобожу?
Шубин не понял его, он забыл, что только что был арестован,
потому что между той сценой в номере и виденным в вестибюле была
непроницаемая вековая граница.
- Что? - спросил Шубин.
Милиционер сказал:
- Туда нельзя.
- Ну и дела, - сказал парень в дубленке. - Свободная страна,
свободный город. Кого хотят, того хватают.
Он оттолкнул милиционера, и милиционер отступил, потому что
не ощущал себя сейчас милиционером.
- Погоди, - сказал Шубин. - Там опасно. Какой-то газ.
- Газ так газ.
Парень был силен и по-пьяному размашист.
Эля зашлась в кашле.
Шубин сказал парню:
- Как хочешь, только поздно будет.
- Да нельзя же, нельзя! Там все мертвые лежат! - закричала
Эля и снова закашлялась.
- Какие такие мертвые? - парень отрезвел. Ему не ответили.
Шубин поддерживал Элю, которой стало плохо, ее начало рвать. Она
старалась сдерживаться, но Шубин подвел ее к урне, что, к
счастью, стояла на лестничной площадке.
Парень прошел на площадку и загляну вниз. И остановился.