Кир Булычев. Смерть этажом ниже -
70 >
Спиридонов разливает водку в два стакана, будто решая задачу, с
кем разделить бутылку.
- Шубин, - сказал Спиридонов, - примем за знакомство.
Гронский не скрывал ненависти. Если бы не беда - ох бы он до
Шубина добрался!
Может, в ином случае Шубин бы отказался, но именно из-за
взгляда Гронского он стакан взял.
- За здоровье, - сказал Спиридонов. - Твое лицо мне знакомо.
Откуда?
- Товарищ Шубин позавчера по Центральному телевидению
выступал, - сказал шестерка, легкомысленно предавая своего шефа.
- Точно, - сказал Спиридонов. - У меня память на лица.
Он выпил свой стакан в три глотка.
- Давай, набирай аэродром, Гронский! Поднимем родные ВВС в
темное небо. Ты чего не пьешь? - спросил он Шубина.
- Я знаю, куда позвонить в Москве, - сказал Шубин. - Надо
позвонить к нам в "Известия". Они знают, что делать.
- Зачем? - быстро ответил Гронский. Он уже цепко держал
телефонную трубку. - Мы собственными силами, без прессы.
- Испугался, - без злобы сказал Спиридонов. - Ты понимаешь,
Шубин, что будет, если Москва сейчас вмешается?
- Я думаю о пользе дела, - сказал Гронский и стал набирать
номер.
Шубин знал, что все равно позвонит в газету. Сейчас же. Из
своего номера.
- Сейчас он с крылышками свяжется, потом твоя очередь, -
сказал Спиридонов. - А ты пей, не люблю, когда мои люди манкируют
своими обязанностями.
Шубин понял, что никуда ему не деться от принадлежности к
людям Спиридонова. И пить придется.
Он выдохнул воздух. И подумал - господи, спаси меня от этой
чести...
Свет погас. Он погас везде - на лестнице, в коридоре, доже
погас красный огонек лифта.
Это произошло не беззвучно - все здание как будто ахнуло -
так отозвался в ушах Шубина общий вздох, вскрик всех, кто стоял
вокруг. И сразу стало видно, что небо за окном зловеще светится
желтоватым отблеском.
Шубин посмотрел туда. Фонари на площади потухли, потухли
окна в домах на площади. Погасли окна в вокзале. И лишь в