Кир Булычев. Смерть этажом ниже -
8 >
ходила в горисполком. Не разрешили. сказали, что меры принимаются.
Человек, с черной бородой и длинными нечесанными волосами,
подошел совсем близко м высоким настырным голосом сказал:
- Ты бы, Наташечка, пригласила гостя погулять на речку.
- Борис! Я тебя не заметила.
- Меня трудно не заметить,: - ответил длинноволосый. - Меня
замечают чаще, чем бы мне этого хотелось.
Он громко засмеялся.
Борис был постоянно агрессивен. Даже когда молчал и,
наверное, когда спал. Такие люди вызывают немедленную неприязнь у
любого начальства, что не останавливает их от желания вступать с
начальством в конфликты.
- Судя по тому, что вы зашли в книжный магазин, вы
ленинградец, - продолжал Борис. - Человек вы респектабельный,
бывавший за рубежом. Я бы сказал - старший научный сотрудник,
химик, намерены что-то внедрять на нашем химзаводе. И потому,
разделяя тревоги жителей города, останетесь при своем мнении и
даже будете способствовать дальнейшему его отравлению, правда,
оставаясь вне пределов вони. Что, молчите? Я угадал? Ну конечно
же, я угадал! Я таких типов просекаю мигом.
Борис все смеялся, и Шубин почувствовал, как он ему
неприятен - он жирных немытых волос, плохо выбритого худого лица,
висячего красного носа до рук, слабых, желтых, с обгрызенными
ногтями.
- Нет, не угадали, - сказал Шубин и отвернулся к полке.
- Не хотите, не надо, - сказал Борис. - Мы не гордые.
- Боря, ты стараешься обидеть незнакомого тебе человека, -
сказала, покраснев, Наташа.
- А я их всегда обижаю, - сказал Борис. - Между нами слишком
много барьеров - классовых, социальных, национальных и даже
банных. У нас мыла дешевого нет, а рублевая парфюмерия мне не по
карману.
- Спасибо, - сказал Шубин Наташе и отошел от полок. В ином
случае он бы поправил провидца, переселившего его с помощью
никуда не годного дедуктивного метода в Ленинград и сделавшего
его химиком. Но поправлять Бориса значило оправдываться перед